Вопросы по теме «Млекопитающие»

Вопросы по теме «Млекопитающие»

Усачов Максим: другие произведения.

Журнал "Самиздат": [Регистрация]   [Найти]  [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Аннотация:
    Душа землянина пошла на перерождение и оказалась в новом мире. Задумка такая: чудак рождается в теле ребенка, но, к сожалению, не в семье аристократов и богачей, а в теле младенца, брошенного матерью. Его подбирают и определяют в сиротский дом. Пока в плане история о том, как мальчик пытается добиться самостоятельности и выбраться из системы. Мир магический, примерно на уровне века 19, но не стимпак. )) ЧЕРНОВИК!!!
  Реинкарнация Hard      Глава 1. Ткацкая фабрика      1   Сложно сказать повезло Александру Орлову или нет. С точки зрения убежденного материалиста, который готовился раствориться в перегное, произошедший переброс его сознания в тело мальчика - это несомненная удача. При этом не в буддийском обрезанном варианте, а со всем накопленным багажом знаний. Не бог весть каким, конечно, но все равно приятно. С другой стороны, тело Орлову досталось явно неудачное. Да и место, где он пришел в сознание... В общем, представьте, вы младенец, круто запеленатый и уже обгадившейся, лежите в корзинке, которая медленно плывет по реке. Воспринимать все это, как награду за прожитые годы? Да уж скорее наказание. Новая жизнь была могла быть яркой, но короткой.   Самое обидное в той ситуации - это полная беспомощность. Орлов не мог даже толком пошевелиться, а когда начинал дергаться, корзина грозила перевернуться. При этом в качестве младенца он все-таки оказался невероятно крут. Одну рука даже смог в конце концов вытащить, но помогло это слабо. Как-то повлиять на свое положение Александру не удавалось. Ручки были слишком слабыми. К тому времени уже несколько раз засыпал. Хотя это больше напоминало потерю сознания. А еще он понял, что чертовски проголодался. Сколько прошло времени, Орлов так и не понял. Солнце не было видно из-за туч, а посмотреть куда-то в стороны ему так и не удалось. Но путешествие его все же закончилось. Корзинка зацепилось за какое-то бревно, изменила направление и ткнулась в берег. Там бы Орлов и помер тихонько, потому что ни выбраться, ни перевернуть корзину он не смог и просто тупо ушел в себя, потеряв сознание. Пришел в себя от того, что ему в рот совали соску с какой-то вкусной и питательной молочной смесью.   Уже намного позже Орлов узнал, что его нашли какие-то крестьянские девки и сдали за вознаграждение в сиротскую лавку. Получил свой серебряный, его неизвестные спасительницы исчезли. Там его подлечили, проверили на наличие родовых меток, хронических заболеваний и отправили в государственный интернат. Очнулся Александр уже там и очень быстро узнал, что чудесным образом оказался не только в другом теле, но и в другом мире. Наутская империя, главный морской торговый порт - город Марэ, Государственный интернат Нижнего города Марэ-Тал. Местную фамилию свою он тоже получил по интернату Марэ-Тал, только имя смог частично сохранить, так как соглашался отзываться только на Алекса.   Как и все попаданцы он обладал огромным багажом полезных знаний, но толку с этого было немного. До шести лет их воспитывали злобные нянечки, которых больше интересовало насколько уверено дети сидят на горшке, а не основы государственного устройства. Да и сам Орлов быстро для себя решил, что выделяться не очень выгодно. Мир, в котором ему повезло оказаться, был достаточно специфическим и совсем не напоминал Землю. Начиная с географии. Тут не было, например, Евразии. Вместо нее четыре материка, которые называют Лепестки, а посредине большой остров, которые некоторые тоже называют материком, только маленьким. Так называемая Метрополия. Тут расположено самое прогрессивное государство мира - Империя Наут. Государство это совсем не островное, а единственное колониальное на всей планете. Все остальные страны до полноценных колоний так и не доросли. Как и до паровых двигателей, всеобщего образования и отмены рабства. Так что с этой точки зрения ему повезло.   Хотя вот с отменой рабства тут было все не так просто. Несмотря на банки и акционерные общества, вовсю процветал институт личной вассальной клятвы. С этим понятием Александр столкнулся в самом нежном возрасте. Только встав с горшка, что называется. Ему было только четыре года и он особенно не старался скрывать насколько он необычный ребенок. В первую очередь, это выражалось в том, что Орлов 'научился' читать в четыре года. Язык к тому времени он уже освоил, буквы выучил довольно легко, тем более что алфавит чем-то напоминал латинский. Так что сделать следующий шаг оказалось довольно легко. И грозные нянечки вдруг воспылали к нему каким-то необычным приятным вниманием. Сразу притащили сказки, потом энциклопедии, учебники истории и географии. Подобная отзывчивость у довольно хмурых теток сразу показалась подозрительной, но Александр насторожился далеко не сразу. Глаза ему раскрыл подслушанный разговор их надзирательниц с директором, который лично пришел инспектировать вундеркинда. Он час его экзаменовал по чтению, спрашивал, что дите поняло из прочитанного, а потом доброжелательно улыбаясь отпустил во двор.   Орлов в прошлой жизни как раз прославился своей циничностью и недоверчивостью. Поэтому пройти мимо доброго директора уже не смог. В интернате он прослыл весьма жестокой сволочью, которая могла отправить воспитанника на знакомство с розгами сторожа за какую-то мелочь. Хотя совсем маленьких он редко одаривал своим вниманием, но и нескольких раз хватило. Так что добрый директор настолько не укладывался в мировоззрение Александра, что розовые очки лопнули и разлетелись в разные стороны. Он не стал убегать в класс, а наоборот прижался ухом к двери и постарался послушать, о чем тот говорил с нянечками. И вот тут наивность окончательно покинула его.   Короткая беседа директора и нянечек крутилась вокруг денег. Оказалось, что все книги, которые приносили Орлову интернат давал ему как бы в аренду и за соответствующую плату. Начитал попаданец уже на серебрушку. Как раз столько в неделю тут получали наши няньки и воспитатели. Потом он провел небольшое расследование и выяснил, что в интернате все было платным: от злых нянечек до сладкого. Была даже какая-то система, но слишком сложная, требовала серьезного изучения. Насколько он понял какой-то минимум считался обязательным и за него государство брало символическую плату, закрывая счета с помощь местных властей, а вот за другие, вроде сладкого или тех же книг, брали по полной. От чтения Орлов решил все же не отказываться полностью, но заметно снизил желание. А на все вопросы нянечек отвечал, что ему просто неинтересно.   В шесть лет от нянечек всех забрали и отдали в школу. Ничего не объясняли, пришли строгие дядьки, потребовали собрать все вещи что есть и отвели в другой корпус. Группу Орлова из сорока мальчишек вел господин Луиндер, довольно злобный и мстительный человечек, которого малышня тем не менее любила за поразительную лень. Из-за нее он предпочитал тихо храпеть у себя в каморке и не донимать детей, а те могли делать практически все что хочешь. В их распоряжение были четыре огромные комнаты: спальня, класс, столовая и общий зал. Еще была душевая и туалет. День начинался с завтрака. Надо было встать, заправить кроватку, сходить умыться и дождаться Луиндера. Тот медленно вплывал в помещение, окидывал его взглядом и разрешал идти в столовую. Еду в тележках развозили дежурные их старших воспитанников. Кормили хорошо, каша, небольшой кусок мяса или рыбы, хлеб. Единственное участие Луиндера в процессе - это проверка чистоты рук. Затем он садился за свой стол. Ему приносили отдельно, не сказать, что более изысканное, но мяса точно было больше.   Потом шли уроки. Первый год их не мучали, а читали поучительные сказки. Орлов вначале приободрился, но потом оказалось, что речь идет о трех книгах. То есть реально как дочитали третью снова открыли первую и начали ее заново. Малышня в общем-то и рада, так как успела позабыть, что было раньше. Но попаданец чуть не взвыл. Сказки сменили только через год. В этот раз книг было четыре, их тоже читали одну за другой, но начали еще уроки чистописания, чтения и счета. Вот тут-то Луиндер узнал или вспомнил, что Александр умеет читать. Так он просто поставил его за кафедру, для чего притащил откуда-то стул, и заставил читать. Сам он сидел в уголке и только следил затем, чтобы дети не баловались. Дремал, в общем.   После уроков приносили обед. Тут явно экономили. Какая-то похлебка на мясе или на рыбе, но без них. Все шло Луиндеру. Затем начиналось свободное время, где-то до семи вечера по местному времени, воспитанники могли делать что угодно. Нельзя было только далеко отходить от интерната. Срабатывал какой-то сигнал и на след выходит стража. Орлов хотел вначале проверить радиус, но ему повезло - не успел он эту идею реализовать. Какой-то парень из соседней группы мальчиков потерялся. Его вернули вечером и высекли до потери сознания. Наказания в принципе были разрешены, Луиндер регулярно кого-то знакомил с розгами, но, глядя на несчастного, Александр понял, что их воспитатель особенно и не старался. В общем далеко уходить никто не решался. Ходили в основном по старому убитому парку и соседним улицам. Благо и тут было чем заняться.   В восемь лет, на третий год такой странной школы их начали как бы готовить к настоящей взрослой жизни. Нельзя сказать, что этому уделяли особенно много времени, но появился новый предмет или курс, который назывался 'Историей Империи'. Для Орлова в общем-то ничего нового, все что говорил Луиндер он уже прочитал сам, вот только в книге, несмотря на тенденциозно подобранные факты они все же были изложены довольно нейтрально. Воспитатель же хорошо поставленным голосом сумел выделить нюансы. Не сказать, чтобы что-то сложное. Нет, как раз так чтобы и дети поняли. Если кратко: вокруг варвары, мы круче всех, надо бы захватить все и научить их правильно жить, строить дома и растить детей, но заниматься этим откровенно лень. Типа надо сначала у себя построить город-солнце. Остальные варвары, которых-то и людьми называют из уважения к идеям гуманизма. Вот такой вот имперский расизм. В принципе, Александр в этим даже соглашался. Конечно, у него не было других источников информации, кроме изданных в Наут. Вот только книги за пределами метрополии не печатали, обходились рукописными и имперскими. Не было на материках и железных дорог, и промышленного производства, и всеобщего образования. То есть поводов для самодовольства имелось немало.   Международная панорама была, впрочем, только частью воспитания. Постоянно возникали еще две темы: как правильно любить император, что было вполне ожидаемо, и как стать честным гражданином империи. В последней части воспитанникам интерната открыли глаза на то, что за все в мире надо платить. В том числе и за то, что не бросили подыхать на улице. а накормили, воспитали и в перспективе сделают человеком. Вот там-то всем детям вручили счет всех съеденных 'пирожков'. Конечно, не скрупулезно подсчитанный перечень всех трат, про который когда-то подслушал Орлов. Но сумма впечатляла. Потом им сообщили, что окупить все вложения государства они смогут ударным трудом на близлежащей ткацкой фабрике, которая принадлежит барон Товону. На смазанные пропагандой мозги восьмилеток эта информация легко, вошла как нож в масло. Все даже как-то приободрились. А в девять лет впервые отвели на эту фабрику.      2   Сойтись с одногруппниками Орлову не удалось с самого начала. Проблема была в его мозгах, виноват он был сам, поэтому чувствовал себя немного виноватым перед ничего не подозревающими детьми и особо не наглел. Дедовщины в интернате практически не было, старшие конечно помыкали, но взять-то у товарищей по несчастью было нечего. Питались только в своих классах, еду выносить запрещалось, Луиндер не стеснялся выворачивать карманы и обыскивать. Одежда у всех была одинаковой, и за порчу наказывали розгами. Был правда случай, когда пацанва порвав брюки, чтобы избежать наказания, стащили их с другого мальчика, накостыляв тому немного. Вот только оказалось, что на них был инвентарный номер. В общем сначала по заднице получил несчастный, у которого брюки забрали, а когда при сдаче одежды в прачечной обнаружили не тот номер, получили и 'шутники'. Собственно, пострадала вся группа, а тех не только высекли, но посадили в карцер. Орлов особо не нарывался, вел себя как послушный ребенок в неприятности не влипал, но и он однажды попал в карцер. Всего на ночь. Судя по всему, просто знакомили с тем, что его может ждать, если он будет себя плохо вести. Эта был холодный и сырой подвал, без окон и дверей, только с люком наверху, кормили только водой и хлебом. Шестерым шутникам располосовали всю спину, а потом без помощи, бросив только тряпки, бросили вниз на две недели. Наверх своими силами смогло в результате подняться только двое. Остальных пришлось доставать воспитателям. Хуже всего то, что из больнички один вообще не вернулся. В общем, не было питательной среды для неуставных отношений.   Больше всего детям в Александре не нравилось то, что он отказывался с ними играть в обычные игры. В основном в местную разновидного ногамяча скрещенную с боксом, когда на поле больше толкались и дрались, так что Орлову не пошло Свободное время он обычно проводил заброшенной части парка, который примыкал к интернату. Туда сиротам разрешалось ходит без ограничений. В основном из-за того, что горожане парк не любили. Его разбили на месте какой-то тюрьмы и пользовался он откровенно плохой репутацией. Ночью. Духи, призраки и все такое. Детей ночью сюда все равно не пускали, а днем попаданцу здесь хорошо. Он бегал, прыгал, упражнялся, восстанавливал навыки скалолазания - готовился к взрослой жизни. В парке был даже небольшой пляж, абсолютно заброшенный. Попаданец не знал дело ли в том, что рядом был порт и было грязновато, или в довольно крутом спуске к воде, но люди тут бывали редко. Сам он и спускался, и поднимался по скалам. Ему бы еще не помешало разобраться с холодным оружием и выездкой, в прошлом-то он сталкивался только с ножами, а лошадей видел в основном в кино, но и так получалось неплохо. Ему было чем заняться, не до детских этих игр. Изгой, не изгой, но своим его не признавались. Пока они находились в интернате - это почти никак не сказывалось. Проблемы начались на 'практике'.   К моменту начала 'выплат' все товарищи Орлова были безмерно воодушевлены. Накачивать и готовить к выходу в свет их начали где-то за неделю. Как сообразил попаданец к тому моменту, как самому младшему в группе исполнилось девять лет. День рождение среди сирот как-то не праздновался, у большинства он был условным, записан только месяц и все, но Александр примерно вычислил, что все они не просто одногодки, но и начали жизнь примерно в одном квартале. И вот весь этот деньрождественский период им особенно мощно накручивали на долг гражданина Великой Империи и несчастного ребенка, которого спасли и воспитали. В результате, энтузиазм был буквально разлит в воздухе, а дети дрожали от предвкушения. Орлов тоже радовался. Но не из-за начала новой жизни, а скорее потому что неожиданно у него появился ментальный 'сувенир' жизни прошлой. В мусоре он нашел целый набор спиц. Первым делом наточит их прямо об стену. Ножи или пистолеты, которые он видел у местных, были совсем не по его руке, а так спицы превращались в серьезное оружие. Дело не в реальной опасности, просто не смог пересилить себя. А потом еще нашел немного свинца. Расплавил и сделал утяжелитель. Теперь их можно было даже метать. Он даже тренироваться начал.   Наконец, торжественный день настал. Их построили, в два ряда, бросили посредине канат и предложили за него взяться. Луиндер, что-то промямлил и повел всех на фабрику, чтобы ударным трудом они могли заслужить свободу. Подвели к огромному забору, за которым она виднелась полуразрушенная и казавшаяся необжитой, даже полуразрушенной. И никакого шума, которого ожидал попаданец. Их провели через небольшую проходную, где скучали трое каких-то мутных типов, потом через дворик, потом опять двери, проходная... Когда они попали в огромный цех, Орлов даже споткнулся.   Внутри фабрика заброшенной совсем не выглядела. Весь огромный цех оказался забит народом. Выглядело это как небольшой рынок: несколько сотен палаток, продавцы, бредущие туда-сюда покупатели, суета, но относительно тихо. Александр вместе с группой спустился вниз и пошел по главной улице. Больше всего происходящее вокруг напоминало его прошлую жизнь и небольшой импровизированный базар времен перестройки в районе Республиканского стадиона. Помнится, несколько лет он сам проработал на таком и вот когда их вели мимо обшарпанных палаток и покосившихся лотков, где потрепанные жизнью личности торговали всем подряд и без какой-либо системы, он поймал неожиданно ощущение внезапного узнавания. Орлову даже на мгновение показалось, что сейчас из-за угла появится его давешни кореш Димка Булатов, что-то проорет и потянет пить пиво. Пришлось потрусить головой, чтобы развеять эти бесполезные сейчас воспоминания.   Луиндер провел группу малышни через весь базар, завел в еще одно помещение, которое заканчивалось лестницей. Там уже ждали. На ступеньках сидел огромный мужик. Действительно очень большой, даже с учетом того, что Орлову все казались великанами. При этом большим он был не только в длину, но и в ширину. Рядом с ним тусовались, а другого сова Александр бы и не подобрал, еще с десяток людей, кто сидел рядом, кто стоял, а один странного вида карлик даже лежал. Все были одеты достаточно богато, даже роскошно, насколько Орлов мог судить, но почему-то сразу стало ясно, что главный среди собравшихся - это великан, а все остальные - это свита.   - Пришли?   - Да, светлейший, - Луиндер чуть ли не стелился.   Александр был уверен, что тот бы и на колени бухнулся, но в этом мире это не было принято. Великан между тем медленно встал и прошелся вдоль все так и держащихся за канат детей.   - Какие-то они все... - он скривился. - Мелкие.   Свита угодливо рассмеялась.   - И бесполезные судя по всему, - продолжил гнуть великан.   - О! - тут уже воспитатель заволновался, затрепетал. - Далеко не все, светлейший, далеко не все. Несколько бриллиантов. Даже сам не ожидал.   Дальше была какая-то пошлая презентация. Брильянтами оказались двое братьев, которые оказывается успели прославиться в Интернате, забравшись на кухню через форточку, несколько драчунов, темненький мальчик с ловкими пальцами, и собственно Орлов. Про попаданца Луиндер распинался полторы минуты: читает, считает, пишет, начал рано, делает все отлично, отличный материал.   - Ладно проверим, - милостиво согласился великан. - Гурно распредели всех, а этого пусть заберет дядюшка Роу. Ты получишь два золотых, если все подойдут.   Воспитатель еще больше растекся по полу, благодарности так и сыпались, но великан только махнул рукой. Детей начали разбирать. К Орлову подошел скрюченный старик и довольно невежливо схватил за ухо.   - Ай, - только и успел крикнуть Александр.   За крик он получил еще и подзатыльник, после чего заткнулся. Старик не церемонясь потащил его на лестницу, потом в длинный коридор и снова на лестницу. Вверх, вверх и еще раз вверх. Судя по тому, что прошли пролетов шесть, а у фабрики было только одно высотное здание: какая-то странная башня, неизвестного, по крайней мере для Александра, назначения. Привели Орлова в судя по всему почти на самый верх: в небольшое помещение, разделенное на два решеткой. За решеткой была винтовая лестница, кровать, ширма и канцелярская стойка как в девятнадцатом веке. На кровати сидел огромный толстый мужик и что-то жрал. Попаданца даже передернуло. Перед решеткой стояло еще семь таких же стоек, а вдоль стен шкафы с огромными книгами. За исключением толстяка в помещении находилось еще трое. Двое взрослых, а один не на много старше Орлова.   - Новенький, - толстяк произнес это с каким-то непонятным отвращением.   - Да, господин Роу, - старик поклонился и пригнул голову Александру.   - Опять бесполезное мясо... Сколько ему лет? - спросил толстяк или вернее господин Роу.   Орлов, конечно, мог что-то сказать. Или метнуть спицу, которая была спрятана у него в рукаве, но он предпочел промолчать. Хотя бы потому что убив человека, пусть даже и очень неприятного, ребенок девяти лет точно обратит на себя внимание.   - Девять. Как всегда, - продолжил лебезить старик и добавил: - Луиндер говорит способный.   Толстяк вздохнул и повелительно махнул рукой.   - Проверьте его там, - приказал этот Бра.   Дальше начался экзамен. Про первых королей и императорах не спрашивали, интересовали вещи более прагматичные, счет, диктант, память - ничего сложного ля попаданца. Пришлось даже максимально сдерживаться, особенно в счете. Хитро сделанные экзаменаторы подсунули задачу, которую их решать не учили. Не сложную в общем-то, про площадь здания с двумя круглыми башнями. Не разобравшись он начал выводить решение, но вовремя сообразил и быстренько свернул его в тупик. Ему тут же выдали, какой он тупой и глупый, а затем сообщили, что берут его только из жалости и при условии, что он будет усердно трудиться на благо барона. На этом первый день пребывании на фабрике должен был закончится. То есть в интернат его отпустили, но вмешалось сразу несколько факторов. Внизу на него наехали те его одногруппники, которых отобрали в 'бриллианты' из-за любви к дракам. Все впятером. Подошли, отступили со всех сторон и начали наезжать. И как-то по-глупому в общем, типа что тут ходишь, считаешь себя лучше всех, на получай. С последним получилось у них не очень. Александр не стал знакомить аборигенов с основами гуманизма, а засунул левую руку в карман, взял там в кулак гальку и ударил без замаха. Бил без изыска сразу по лицу, стараясь попасть в нос. Это и болезненно и кровь сразу идет, деморализуя.   Попаданец успел попасть по троим, когда все остальные начали с визгом разбегаться. Сначала он решил на этом остановиться, а потом все же догнал одного, самого неуклюжего, схватил его и затащил в какой-то закуток.   - Ну, что, придурок маленький, поговорим? - как можно более грозно запищал Александр.   Голос его звучал совершенно не серьезно. Честно говоря, Орлову он больше напоминал писк, но выбирать не приходилось. Впрочем, его одногруппнику хватило и этого. Он жалостно завыл, пришлось его даже впечатать в стену, чтобы начал отвечать членораздельною   - Это все учитель! Учитель. Я бы никогда! Честно слова, Алекс. Ты же меня знаешь.   - Знаю, знаю, - резко сменил тон попаданец на более ласковый. - Ты-то парень хороший не беспредельщик какой-то. Никогда не попер бы просто так на... - Орлов чуть не сказал сокамерника, но вовремя остановился. - На брата почти, да?   Паренек испуганно закивал.   - Но зачем вашему учителю... А что учите кстати? Зачем ему я?   - Это посвящение. Мы должны доказать, что способны, нас дракам учить будут.   Отпустив несчастного и прогулявшись немного по территории, Орлов окончательно понял, что место, куда их привели получать специальность, хотя и можно назвать фабрикой, но уж никак ни ткацкой. Собственно, это стало понятно, когда он только вошел, но все же до последнего старался все списать на другой мир. По факту все здание, а вернее несколько домов, которые образуют немаленький такой квартал занимала огромная воровская малина из его прошлой жизни. Целый преступный синдикат, благостно сосредоточенный ограниченной территории. Как он вообще может существовать в Империи - Орлов не стал даже гадать. Просто принял по умолчанию, что вот есть, значит все возможно.   Детей, которых привел Луиндер, распределили. Сливки, типа, с какими-то талантами взял местный барон. Попаданец не понял, был ли настоящим аристократом, или он нечто вроде земных цыганских баронов. Этот вопрос оставил на будущее. Но авторитету потребовались боевики, какие-то особенные воры и самого Александра взяли в сокровищницу, то есть в бухгалтерию. Остальных выставили на аукцион и их разобрали небольшие банды, торговцы и узкие специалисты: щипачи, домушники и каталы. Что интересно, специальности рыцарей большой дороги были примерно такими же как на Земле. Если не считать каких-то магов, с которыми вообще ничего непонятно. И судя по всем, издеваться послали не только будущих боевиков, но вообще всех. По крайне мере, одно своего знакомого он схватил за попыткой вытащить у него из кармана платок.   В первый день ему в общем-то повезло. Кроме его товарищей по жилью никто особо не лез. А вот следующая декада проходила очень весело. Лезли к нему все, кто мог. Хотя нет, не все, конечно. Только одногодки. И если вначале они еще пробовали по отдельности или небольшими группами, то потом объединили силы и гоняли уже серьезно. Драться со всем кодлом Александрр не стал и занялся полезным для здоровья бегом. С этого момента попаданец просто старался не попадаться никому из товарищей после обеда. Благо со второго дня Луиндер перестал их водить в фабрику, просто отпускал группу со двора и все сами бежали туда. На улице Орлова не трогали, проблемы начинались на самой фабрики. Ну, потенциально могли начаться, если бы он не ускользал раньше. Благо входов туда хватало и как ни старались дети перекрыть все, сделать это не смогли. Ловить всей стаей его начали на третий день, а на четвертый за завтраком он выяснил, что их мастера сначала стравили учеников друг с другом. А потом уже стали выдумывать задания.   И это еще хорошо, что его мастер, учитель, а если уж быть совсем честным, то владелец, господин Роу в сильно Орлова работой не грузил. Его использовали в качестве курьера: отнеси-вынеси-передай. К чему-то серьезному его не допускали. Как выяснилось на второй день, передали его много не мало местному казначею. Живет тот исключительно в башне, за вмурованной в стены решетке, то есть без права выхода. Приносили ему туда все что угодно. Говорят, этажом выше, под самой сокровищницей жила даже какая-то женщина, но точно знали об этом только его помощники, а они были не болтливые. Его первые помощники, хотя и жили посвободнее, выходить за пределы фабрики не могли. То есть тоже были по сути заключенными. Ученикам было проще, но уже на девятый день Александру поставили какую-то печать. Что это такое не объясняли, хотя он, конечно, спрашивал. Просто посмеялись в ответ, а мастер, который рисовал на плече узор, еще и отвесил болезненный подзатыльник.   Честно говоря, попаданец решил сначала, что это и есть магия, но найти каких-либо объяснений ему не удалось. Товарищи и сами не знали, Луиндер только мерзко ухмылялся, а в библиотеке, а ее он перелопатил, плюнув на резко подскочивший долг императору, о магии вообще упоминалось не больше двадцати раз. Словно кто-то специально следил, чтобы знали о ней как можно меньше. Уходя мастер только отвесил ему еще один подзатыльник и сообщил, что на печать будут заносится все его достижения и провалы, а звездочка победителя декады дебютантов там уже есть. На этом декада и закончилась у всех, кроме Орлова. Когда он уже направлялся к выходу, какой-то мужик в непонятных круглых очках схватил его за ухо. Схватил схваткой профессионального палача, больно было так, что Александр выпал из реальности и очнулся только, когда его отпустили. В глазах все еще было темно, когда он услышал голос барона.   - Это и есть наша темная лошадка? Победитель?   - Да, ваша милость! - проскрипел кто-то справа.   Орлов хотел повернуться и посмотреть, но получил тычок в спину и еле удержался на ногах.   - Сколько вы на нем проиграли?   Кто-то вздохнул, скрипучий голос выругался, а стоящий рядом с бароном огромный бородатый мужик улыбнулся. Последний скорее всего занимался как раз охраной всего здания, звали его Гоул, но за глаза называли Бешенным. В общем, улыбка у него больше напоминала оскал и откровенно настораживала. Большинству присутствующих сидело за большим накрытым столом, барон сидел во главе в огромном кресле. В этой комнате Александр никогда не был. Обставлена она была богата, в отличие от того закутка, где их встречали группой. Всюду стояли шкафы, с резными дверями, несколько книжных шкафов, стойка с мечами, каким-то странными доспехами, но больше взгляд попаданца прикипел к глобусу. Не совсем обычному, но все же вполне нормальному глобусу. Это было тем более удивительно, что даже в энциклопедии ничего о том, что планета имеет форму шара, сказано не было.   - Я лично половинку золотого, - сообщил какой-то роскошно одетый молодой парень.   - Ты всегда проигрываешь, с тобой не интересно, - заявил Гоул и все засмеялись, а тот продолжил. - А вот как Старый деньги просрал - это вопрос!   - Почему же просрал? - удивился старик. - Золотой с медью взял. Кхе-кхе.   За столом сначала на мгновение за молчали, а потом начали ругаться. Даже барон удивился.   - Но как? Ты же на нищих ставил? - спросил кто-то.   - Случайно увидел, как пацанчик, от погони уходил. Решил перебить первую ставку.   - Нет, так не спортивно! - заявил барон.   - Надо вовремя исправлять свои ошибки, - прокряхтел Старый и посмотрел так многозначительно.   Орлову даже показалось, что аристократ немного смутился, хотя физиономистом он никогда не был.   - В общем, мальчик блеснул, - барон взял со стола бокал с вином. - Выпьем же за победителя.   Все загомонили, выпели и начали обсуждать каких-то пиратов, но долго послушать ему не дали. Снова схватили за ухо и потащили. В этот раз или схватили не так сильно, или Орлов привык, но пробежался он почти в полном сознании. При этом возвращать его туда, откуда взяли, не стали. Вместо этого привели в какую-то комнату, посадили за стол. Мужик, который его привел, сел напротив, достал откуда-то из ящика тарелку с какой-то кашей, подвинул Александру, вытащил бутылку какого отвара и кружку.   - Жри! - чуть ли не приказал он.   Орлову есть хотелось давно, поэтому он решил не спорить, а заняться именно этим. Тем более что в каше оказалась довольно солидные и не интернатовские куски мяса. Да и мысли лезли разные, в основном нехорошие. План прожить детство как можно тише и незаметнее оказался окончательно похерен. Нет, в принципе, он понимал, что своей тягой к чтению он серьезно засветился. Однако, все еще можно было исправить, если бы он дал себя немного помять. Так нет же! Решил, что какие-то детские разборки и нестрашно. Впрочем, Александр вздохнул и продолжил усиленно жевать большой кусок мяса. В этот момент в комнату медленно вошел Старый. Отвлекаться от еды Орлов не стал. Подручный барона посмотрел несколько мгновений, улыбнулся и жестом отпустил мрачного хмурого мужика и сам сел напротив. Так они некоторое время и сидели. Попаданец ел, Старый на него смотрел. Оба молчали. Когда тарелка опустела, старик наконец спросил:   - Ну и что ты обо всем этом думаешь?   Орлов только плечами пожал.   - Тоже правильно, - Старый покивал. - Девять лет. Ты же белый лист. В интернате вам не дают почти ничего полезного. Много знаешь, много бунтуешь, - явно процитировал он.   Александр продолжал молчать.   - Ты, как я понял, парень смышленый. Поэтому с тобой буду говорить, как с взрослым. В принципе ты хорошо попал. Роу, ученик казначея. Как сыр в масле будешь кататься. Работенка не пыльная, денежку считай, бумажки пиши, кушай, пей и даже получай немного зарплаты. Большинство крысят, которых отправят на улицу, тебе почти наверняка позавидуют. Жизнь там несладкая. Некоторые в канаве, кого-то забривают во флот.   Старик так притворно вздохнул, что Орлову даже захотелось крикнуть: 'Не верю! Переигрываете!'. Но промолчал, понятное дело. Наверное, комично бы смотрелось, если бы ребенок устроил подобный демарш.   - Но есть у жизни в казначействе и очевидный минус. Ты мальчик умный, у господина Роу уже был. Догадался?   Орлов кивнул, но все равно промолчал. Просто испугался показать себя слишком умным.   - Жизнь на цепи - это совсем не то, что может понравится такому умному и деятельному мальчику, как ты. В общем, я предлагаю тебе жизнь полную приключений. Что скажешь?   Старик посмотрел так проникновенно, что Александру сразу захотелось убежать. Он даже непроизвольно оглянулся в поисках окна. Нашел. Решетка в мелкую сетку откровенно не радовала.   - Давайте приключения, - со вздохом пробормотал попаданец.      3   С преступностью, а с организованной в особенности, отношения у Орлова в прошлой жизни не сложились. Конечно, в девяностые он жил в стране, в которых законы не нарушал только блаженные. И дело даже не в том, что те были какие-то уж очень жесткие, так что не продохнуть. Нормальные в целом законы. Просто слишком уж много развилось шакалов, которым плевать было на все, кроме собственного брюха и кошелька. На самом деле все, кто потом ностальгировал по свободным девяностым, тосковал просто по вот ощущению вседозволенности, когда убивали за просто потому, что могли убить, чтобы оказать собственную крутость. И это Орлов выяснил на личном опыте. В милиции он тогда не работал, изредка пересекался по делам бизнеса, несколько крыш сменил, несколько острых ситуаций пережил, наезды... Удалось не сильно вляпаться, но только благодаря тому, что компанию его изначально создала контора и вела через все рифы и мели. Кураторы при необходимости расчищали путь, но следили, чтобы фирма не выделялась и неприятности слишком борзых с ней не связывали. А так пришлось платить, договариваться, 'базарить' и все такое. Насмотрелся, хлебнул говна. Поэтому никаких иллюзий не строил. Никакой верности, рыцарства и благородных разбойников. Вся воровская романтика: нашел лоха, ограбил или убил, деньги забрал, прогулял, пропил, построил бизнес-империю.   Отвращение к такого рода деятельности в девяностые Орлову привили и в другой, более благоприятной ситуации, он бы наверняка послал Старого с его предложением, да и всю эту фабрику по вполне очевидному эротическому маршруту. Но Александр сомневался, что отказ от приключений, закончится для него, так сказать, позитивно. Это жалкое, конечно, оправдание. Надо было гордо плюнуть на местное ОПГ, лучше всего прямо в мерзкую морду барона. Ага... В девять лет.   Надо признать, действовали местные бандосы вполне серьезно. Орлов ждал, что его просто заберут к старику, но нет. Из 'казначейства' его не забрали. Провели целую операцию прикрытия, как в прошлом его мире. Теперь несколько часов он сидел в казначействе, учился основам местного бухучета, а потом его отсылали в люди за каким-либо поручением. Например, пересчитать мелочь, которую сдали нищие. Вот там-то его и подхватывал человек старика, чаще всего тот самый хмурый мужик, который ни с кем, кроме своего босса, не разговаривал. В принципе, Александр был даже рад этому. Местный бухучет и отчетность была простой донельзя, даже о двойном учете тут не слышали. Попаданцу так и чесались руки познакомить аборигенов с чудесами финансовой мысли Земли, приходилось каждый раз давать себе виртуального пинка. От ученика, в общем и не требовалось ничего сложного: надо было писать красиво и четко, быть аккуратным и усидчивым. Страшно представить, но большую часть времени они просто копировали бухгалтерские книги. Другие ученики даже с тоской смотрели, когда его отсылали из комнаты с поручением.   Вторая половина его обучение была не в пример интереснее. Его дни поделили между собой учителя. Хотя нет. Начиналось все еще утром, но зарядку он продолжал делать уже для себя. Хотя он и знал, что смысла тренировать силу в девять лет нет, поэтому налег на ловкость и гибкость. Шпагаты, турник и элементы паркура. Ну, что помнил. Никогда серьезно последним не занимался, но нахватался немного. Вот и постарался что-то закрепить.   В первый день декады мозги Орлову выносил старый вор. Ничего сложного, на что обращать внимание, чтобы понять реальный достаток дома или человека, что смотреть в мусорном ящике, как разведать подходы к дому и пути отхода. Как понял Александр, уровень наводчика начальный для вора. Второй день - боевка. Бывший стражник показывал кое-какие приемы с дубиной и ножом. В большинстве своем основы, ничего сверхъестественного. Третий день был самый интересный: урок по ядам от совсем уж древнего библиотекаря. Если Старый только косил под развалину, а на самом деле был весьма крепким, с тяжелой рукой, то этот был действительно очень древнем и даже ходил с трудом. Зато мозг работал четко. Он рассказывал о том, как найти сырье для яда, изготовить его и какие существуют антидоты. Последнее, правда, больше напоминало какую-то сказку. Несколько раз тот повторял, что лучше всего помогает лист волшебного папоротника с Черных болот. Ну и вся подобная муть. На четвертый день его учили слежке. На пятый - нечто вроде психологии, умению общаться, трюкам и мошенническим уловкам. Шестой - тоже интересный. Знакомили с городом Марэ и его окрестностями. Седьмой - снова боевка, но теперь с упором на метательное оружие. На восьмой день он тренировался в маскировке.   Надо сказать, что ничего особенного во всех этих уроках не было. Из Орлова не делали супермена, знаний давали немного, навыки только самые простые, особенно если учесть, что разум у него был взрослый. Кроме того, большинство материала была бессистемной. На Земле он как-то привык, что любой предмет обязательно обзаводится классификацией. Тут ничего подобного он не заметил. Библиотекарь, например, давал один яд и заставлял выучить всю информацию о нем, потом экзаменовал его и если Александр допускал хотя бы одну ошибку, начинал все сначала. И все это занимало не меньше недели. Сначала попаданец, который так и не привык к информационному голоду, даже хотел попросить, чтобы давали больше, но быстро сообразил, что никому на самом деле слишком умелые дети и не нужны. Судя по отношению в интернате, учебу местные аборигены воспринимают правильно - как инвестицию. А вкладывать слишком много золотых в ребенка никто не будет. Девять лет только, мало что там вырастит, наверняка еще   Последний 'учебный' день забирал себе полностью Старый. Уроком это назвать было сложно. По крайней мере, Орлов так и не понял, чему он его учит. Больше их встречи напоминали беседы. Или допросы. Смотря как на них смотреть. Попаданец старался больше молчать, чтобы не выдать свой настоящий возраст, но все же периодически его 'хозяин' задавал вопросы, отвечать на которые приходилось. Старый рассказывал какую-то историю, попутно интересуясь мнением ученика. Как он выбирает тему, Александр так и не понял, но рассказанное было поучительно. Особенно ему понравилась романтический эпос о маленькой принцессе варварского города Овий.   - Совсем маленькая девочка, - скрипел Старый. - На момент начала этой истории ей было всего одиннадцать лет. То есть не намного старше тебя. Последней ребенок, самая младшая в окружении трех старших братьев и отец, который очень любил мать, но потерял ее во время очередной эпидемии. Всю свою любо Вопросы по теме «Млекопитающие» Энциклопедия народной медицины. Золотая коллекция народных Вопросы по теме «Млекопитающие» С.И.Ожегов, Н.Ю.Шведова. Толковый словарь русского языка (С-Я) Вопросы по теме «Млекопитающие» Шарль де Костер. Легенда об Уленшпигеле Вопросы по теме «Млекопитающие» Усачов Максим. Реинкарнация Hard Вопросы по теме «Млекопитающие» Бог никогда не моргает. 50 уроков Вопросы по теме «Млекопитающие» Вечерние
Вопросы по теме «Млекопитающие» Вопросы по теме «Млекопитающие» Вопросы по теме «Млекопитающие» Вопросы по теме «Млекопитающие» Вопросы по теме «Млекопитающие» Вопросы по теме «Млекопитающие» Вопросы по теме «Млекопитающие» Вопросы по теме «Млекопитающие» Вопросы по теме «Млекопитающие» Вопросы по теме «Млекопитающие»